Романовы

сегодня

Результаты экспертизы останков, найденных под Екатеринбургом

Н. КОСТИЦИНА: 11 часов 10 минут. У микрофона Наталья Костицина. Здравствуйте! И в студии радиостанции «Эхо Петербурга» праправнук Николая I князь Дмитрий Романов. Дмитрий Романович, здравствуйте!

Д. РОМАНОВ: Здравствуйте!

Н. КОСТИЦИНА: Иван Сергеевич Арцишевский, официальный представитель Ассоциации членов семьи Романовых в России. Здравствуйте, Иван Сергеевич!

И. АРЦИШЕВСКИЙ: Здравствуйте!

Н. КОСТИЦИНА: Уважаемые слушатели, ваши вопросы, пожалуйста: www.echomsk.spb.ru. И мы встречаемся в этой студии накануне 90-летия со дня расстрела царской семьи - со дня расстрела Николая II, последнего российского императора, членов его семьи, слуг. И Дмитрий Романович Романов в числе представителей дома Романовых приехал одним из первых, получается, - да, Иван Сергеевич? - в Петербург.

И. АРЦИШЕВСКИЙ: Да.

Н. КОСТИЦИНА: И накануне, 16-го, подъезжают... Ну, вот не знаю, в царствующей семье говорят «родственники»? Подъезжают родственники - да, Дмитрий Романович?

И. АРЦИШЕВСКИЙ: Семья - члены семьи.

Н. КОСТИЦИНА: Ну, вот, по крайней мере, та информация, которая была, это не будут какие-то пышные мероприятия.

Д. РОМАНОВ: Абсолютно нет.

Н. КОСТИЦИНА: В домашней атмосфере пройдет молебен. Да, Дмитрий Романович?

Д. РОМАНОВ: Это очень важно. Уже 10 лет тому назад, когда их перевезли из Екатеринбурга в Петропавловский собор, тогда были почти что все члены семьи. Это был очень важный момент, что, наконец, оканчивается часть в русской истории. Но дело в том, что 10 лет прошли. Каждый год я 17-го приезжаю сюда с моей супругой, именно чтобы помнить этот день. Для меня этот день остался очень важным, потому что я единственный член семьи, который приехал прямо из Екатеринбурга с останками сюда. И это было неприятно, нелегко. Почему Дмитрий Романович, Дима, вдруг в центре русской истории...

Н. КОСТИЦИНА: Почему на Вас выпал этот выбор привести останки.

Д. РОМАНОВ: Я живу в Дании. Было легче поехать в Екатеринбург, чем другим членам семьи, которые находятся в Австралии, Соединенных Штатах, Швейцарии и так далее. Мой брат, глава семьи, Николай, ему нужно было здесь, потому что, как Вы понимаете, знаете, пресс-конференции были все время. А он хорошо говорит на 6 языках. И он, можно сказать, координатор для семьи. Но для меня это был трудный момент. Но, слава Богу, теперь уже мы двинулись, и я могу продолжать еще долго говорить о себе, но не в этом дело. Дело в том, что помнить эту ужасную часть русской истории, которая была 90 лет тому назад.

Н. КОСТИЦИНА: Дмитрий Романович, а как Вы - лично Вы узнали об этой страшной трагедии? Кто Вам рассказал в Вашей семье об этом?

Д. РОМАНОВ: Вы знаете, мои родители никогда не хотели говорить об ужасах, то, что случилось во время революции. Они уехали из Крыма в 19-ом году, зная, что они никогда не вернутся. И так и было - к несчастью они никогда не вернулись. А что мой брат и я, и другие члены семьи спокойно могут приезжать в Россию - это для нас все еще чудо. Как это вышло, что без крови, без больших революций русская история переменилась от советской истории на русскую историю. Но для меня это был шок, потому что в 92-ом году, когда мы приезжали с супругой в Петербург, - это был невероятный момент, потому что ничего не действовало - ни гостиницы, ни рестораны... Люди стояли, чтобы купить два банана или немножко молока. Все не действовали. Как могучая Россия находится в таком положении? Мы знали, почему политически, но чтобы было так ужасно... Уже как-то дверь открылась, или окно открылось, потому что мы видели, что что-то будет двигаться. Тогда еще был Собчак мэром. И я видел, что делается что-то. И это не только экономика Петербурга, но всей России, начиная с Владивостока. Но в первый момент это было трудно видеть - как это возможно после того, что дошли до Берлина, и все, что было до этого, начиная с Карла XII, Наполеона и все... Бедный русский народ. Как это возможно, что нету возможности открыть это окно по-настоящему, чтобы все могли бы путешествовать, хорошую работу и пенсия... Это было номер 1: «Как у Вас дома в Дании Ваша пенсия?». - «Мне дают три пенсии». - «Три пенсии?! Нам даже одну не дают». Это же нельзя было так.

Н. КОСТИЦИНА: Этот вопрос про пенсию задавали здесь уже, да? россияне...

Д. РОМАНОВ: Теперь, слава Богу, я не слышу, никто не говорит. Я вас спрошу: как ваша пенсия? Конечно, вы не скажите, сколько вам дают, но вы скажите: все в порядке, слава Богу. Лучше было бы немножко, но это другое дело.

Н. КОСТИЦИНА: Я напоминаю, что у нас Дмитрий Романович Романов, у нас Иван Сергеевич Арцишевский. И вот новость, которая пришла буквально 20 минут тому назад. Обнаруженные под Екатеринбургом год назад останки принадлежат цесаревичу Алексею и великой княжне Марии. Научные результаты, полученные на основе анализа ДНК, подтвердили гипотезу, что найденные год назад под Екатеринбургом принадлежат останки Алексею и Марии Николаевне. Вы, насколько мне известно, были уже в курсе того, что проводится экспертиза, и что она подтвердит подлинность.

Д. РОМАНОВ: Да. Если бы Вы мне не сказали бы, что пресс-релиз, или официально сказали, я могу сказать, что больше недели тому назад я говорил с Соловьевым (я не помню его имя-отчество). И он мне объяснил, почему теперь это 100% так. Я об этом не мог бы говорить, потому что это был личный телефонный контакт с ним. А так он был тоже в Екатеринбурге. Мы подружились. Я даже дал мою кровь для проверки. Он сказал: «Можно взять немножко Вашей крови?». А я сказал: «Сколько литров?». Он сказал: «Нет, нет, нет...». Шутка. Как всегда я люблю шутку. Но для меня это теперь очень важно, что это официально. Мне он говорил, что будет 15-го, сегодня уже 16-го. Но это хорошо, что теперь все факты... А те, которые не верят, ну, пускай скажут почему, и какие факты, которые говорят, что это неправильно. Насколько я вижу, и насколько моя семья... часть семьи, почти вся семья, надеялась, что это так и будет.

Н. КОСТИЦИНА: Я понимаю, что очень сложно реагировать на то, что, помните, когда было захоронение останков здесь, то очень много было скептиков, говорящих о том, что это не те останки. Это, естественно, касалось каждого члена семьи Романовых. Вы пытались тогда переубедить людей, или говорили о том, что история рассудит?

Д. РОМАНОВ: Тогда для нас это было... поражать и видеть. Начнем с этого. Если почему-нибудь через 10, 50, 100 лет скажут: это не останки императорской семьи, - ну, это факт тогда. Если скажут. Но, по крайней мере, целая семья находится не в коробках где-то в Екатеринбурге, а теперь находится в Петропавловском соборе. Мы надеялись, что это так и будет. И логично нам это было ясно, что это они. Почему мне было ясно... Все эти места мне показывали. Мне показывали как туристу. Подумайте, как неприятно думать, что мой отец Роман Петрович, сын великого князя Петра Николаевича, он играл, когда ему было 15-16 лет с дочерьми императора Николая II, танцевали... А сын теперь находится в Екатеринбурге, и позднее с членами семьи находится теперь, 10 лет назад, здесь. Подумайте, как в жизни это... Но я очень доволен, что теперь это официально. И как Соловьев мне говорил, это 100% так. Объяснял мне, что пули... Я даже не знал, что была возможность проверки... Вы видите иногда американские фильмы, где они показывают пулю... Все это настолько технически, что нужно экспертов. И эксперты сказали, теперь это официально, и я с удовольствием узнаю, и теперь могу сказать, что то, что мы надеялись, - это уже правда.

Н. КОСТИЦИНА: Сердце успокоится, наверное, тогда, когда будут уже перезахоронены останки. Иван Сергеевич -

И. АРЦИШЕВСКИЙ: Я думаю, что трудно переоценить значение этой информации, которую мы сейчас получили, потому что, понимаете, не путем суда, не путем обсуждения на пресс-конференциях, а только научным путем можно показать, что останки принадлежат тем или иным людям. Потому что все остальное уже напоминает Коперника, Галилея, когда суд решал, правильна ли та или иная научная гипотеза. Поэтому я думаю, что мы опираемся на науку. Мы этого ждали - эти результаты. Мы очень надеялись, что результаты будут такими, какие они есть. Это очень важно, потому что из этого следует, что те останки, которые мы перезахорони 10 лет тому назад, еще более вероятно принадлежат императору и членам его семьи. Из этого следует очень много следствий, потому что те силы, которые не хотели, чтобы у русских было какое-то место памяти императора Николая II... Наверное, уже мы можем от этого отойти. Не будут эти силы говорить о том, что эти останки не те. Останки те. И мы перезахоронили 10 лет тому назад императора. И сегодня мы будем... завтра отмечаем память об этом событии. И соберемся в Петропавловском соборе и помолимся об этом. И это, конечно, еще раз говорю, трудно переоценить.

Н. КОСТИЦИНА: Да, Дмитрий Романович.

Д. РОМАНОВ: Могу добавить одну вещь. Говорить о своей семье, конечно, логично. Не нужно забывать Боткина, Харитонова и других, которые скончались, потому что они не хотели оставить Николая II и семью. Даже доктора Боткина сделали проверку, и это абсолютно... Об этом не говорят. Почему? Потому что более интересно говорить о царской семье. Логично. Но не забывать, что они были тоже расстреляны, и что проверка Боткина была самая легка, самая логичная, потому что сразу нашли... я не помню, технически, как, но сразу нашли, что это он.

Н. КОСТИЦИНА: Иван Сергеевич, сейчас, наверное, будет разрабатываться какая-то церемония захоронения останков.

И. АРЦИШЕВСКИЙ: Ну, я думаю, что последует, конечно, какая-то реакция, и будет поручение соответствующее правительства, наверное, и президента на разработку такой церемонии. Конечно, это будет как-то... Когда будет - мы пока не знаем ничего. Мы ждали результатов научных исследований, опирались только на науку.

Н. КОСТИЦИНА: Дмитрий Романович, а Ваше отношение, ну, Вы, наверное, слышали, я уверена, что Вы слышали, те споры, которые сейчас идут в России по поводу реабилитации царской семьи. И то, что в частности Верховный суд отменил вот это решение, постановил, что император Николай II, члены его семьи не подлежат реабилитации.

Д. РОМАНОВ: Я не вижу, почему мне нужно... Я с удовольствием отвечу, потому что Вы спросили. Но я не вижу, почему мне отвечать. Это адвокат княгини Марии Владимировны, которая занимается этим, но не члена семьи - других членов, я хочу сказать. То, что он начал...

Н. КОСТИЦИНА: Адвокат Марии Владимировны Лукьянов.

Д. РОМАНОВ: Да, Лукьянов. Я могу тоже сделать... Тогда мой адвокат. Тогда я знаю то, что я скажу моему адвокату. Я не вижу, почему я должен комментировать то, что адвокат моей кузины начал это. А что мы согласны, не согласны - это уже занимается мой брат, который, между прочим, только что говорил с...

Н. КОСТИЦИНА: ИТАР-ТАСС.

Д. РОМАНОВ: Да. Что он говорил, не знаю, потому что я вчера вечером... Он сейчас в Италии, и не смог приехать в этот день.

Н. КОСТИЦИНА: Все же царская семья, Николай II, слуги были расстреляны - зверски, в общем, убиты. Считаете ли Вы, что они должны быть реабилитированы?

Д. РОМАНОВ: Вы знаете, это настолько юридический... Снова я говорю, что если бы у меня был адвокат, я сказал бы ему: я хочу знать точно... Потому что мы считаем, что это нужно сделать. И главным образом это мой брат бы сказал. Я знаю, что он говорил с ИТАР-ТАСС позавчера или вчера, очень возможно, об этом и говорилось. Я не хочу комментировать то, что он сказал, если он согласен, не согласен с идеей. Многие вещи можно рассказать, почему же нет. И это очень хорошо, и это правильно. Но подождем еще время, когда придет время...

И. АРЦИШЕВСКИЙ: Но Николай Романович сказал, что это, как если бы мы вдруг подумали, что надо реабилитировать апостола Петра или апостола Павла за то, что римляне их судили и приговорили к смерти.

Н. КОСТИЦИНА: Иван Сергеевич... Вернее так, Дмитрий Романович, начнем с Вас, поскольку на самом деле, как Иван Сергеевич раскрыл тайну, не удобно Вам говорить о своей деятельности, но Вы возглавляете уже сколько лет фонд «Романовы для России». Сколько лет?

Д. РОМАНОВ: Сколько лет... 14, по-моему. Знаете, мне в жизни повезло - очень повезло, потому что когда в жизни бывают моменты трудные... Моя первая супруга скончалась от рака 18 лет назад, я остался один в Дании. Работа была хорошая, но детей не было, друзья есть, мой брат находится, находился, и еще находится в Испании, в Швейцарии... Что я буду делать с жизнью? И мы решили в 92-ом году иметь встречу в Париже всех членов семьи. Это, как сказать, на уровне моего брата, меня, кузина из Австралии, из Калифорнии, из Англии и так далее, и так далее, чтобы решить: новая Россия - какая наша роль? 5 минут - все были согласны. Роль - никакой политики, никакой... чтобы нам отдали бы что-нибудь. Подумайте, столько крови, и чтобы нам отдали маленькую часть дворца или денег, или еще... было бы стыдно даже говорить об этом. Если кто-нибудь мне скажет: «Вам отдали что-нибудь». Я скажу: «Я с Вами не буду разговаривать об этом». Просто неприятно подумать, что то, что русский народ прошел за все эти времена, в общем, за столетия, нам что-то отдать - никогда в жизни. Какая наша роль? Наша роль - это культура. Сделать все, что мы можем, чтобы Россия стала бы в ситуации, в которой она должна быть. А тогда что, какая наша роль? Вот пришла идея - сделаем фонд. То есть фонд - это не фонд - наши деньги. Мы работали, у нас, слава Богу, экономика в порядке, но это потому, что мы заработали. А фонд - это собирать деньги. И когда есть деньги, тогда можно собираться благотворительной работой. Вот поехал в Лондон, сделал официально этот фонд, с адвокатом, и мало-помалу начал. Денежки начали приходить, как копилка. Когда хватило для того, чтобы поехать куда-нибудь - самое логичное было - Петербург и вокруг Петербурга, Москва и вокруг Москвы. И мало-помалу... А другие члены семьи сказали: «А как ты выбираешь?»... Когда я знаю, что в Петербурге у меня есть человек, которого я не скажу имя, который сидит рядом со мной, который хорошо... И так далее, так далее. Так далее. И мало-помалу пришло к этому.

Н. КОСТИЦИНА: Ну что ж, мы сейчас прервемся на новости. Но все же, Иван Сергеевич, расскажите, кому помогает фонд «Романовы для России».

И. АРЦИШЕВСКИЙ: Конечно.

Н. КОСТИЦИНА: Я напоминаю, что у нас праправнук Николая I князь Дмитрий Романов, Иван Арцишевский, официальный представитель Ассоциации членов семьи Романовых в России. И вот мы ушли на новости с рассказом о фонде - о деятельности фонда «Романовы для России». Иван Сергеевич, Вам сподручнее, наверное, рассказать.

И. АРЦИШЕВСКИЙ: Действительно фонд проводит, я бы сказал, очень большую работу. И направление главное фонда - это дети, и больные дети. На самом деле перечислять можно очень много, но пример, например. На сегодняшний день 10 тысяч аппаратов слуховых распространено по России бесплатно для плохо слышащих детей. В Петербурге мы помогли очень много детским учреждениям для слепых детей. В свое время мы помогли построить хоспис. И так далее. То есть вот это направление. Оно очень большое. Дел, как говорится, много очень. Дмитрий Романович правильно сказал, он достаточно диктаторски относится к этому. Мы находим такие объекты, где действительно требуется помощь детям.

Д. РОМАНОВ: То есть каждая копейка должна быть там, где нужно. А не кому-нибудь, кто сделает другие вещи, без того, чтобы я знал. Но Иван Сергеевич сказал насчет детей слепых или почти что слепые...

Н. КОСТИЦИНА: Плохо видящие.

Д. РОМАНОВ: Это была очень трудная работа. Потому что это дети, которые никогда не смогут видеть. Все, что они делают, - они трогают вещи, чтобы им объяснить, что это. Не трогай это, потому что опасно... Я знаю, что для моей супруги это было еще важнее, потому что как женщина, она больше понимает. Даже дали 80 слуховых аппаратов в Феодосии в Украине. Радость этих детей, что вдруг они могут слышать по-настоящему, а не кто-то им дал на 5 минут. Сказать, что я хорошую работу сделал - это не я. То есть я - Дмитрий Романович, диктатор, который решает, кому и как. Почему? Потому что я считаю, что это хорошо немножко повсюду - и включая и Иркутск, Екатеринбург, Ташкент, Казахстан, Узбекистан, Москва, Киев и так далее, и так далее. Чтобы разделить. Почему? Это техника. Фонд действует тогда, когда вы можете показать, что вы что-то сделали. А кто дает, может быть, 100 рублей или миллион рублей, из Соединенных Штатов, из Англии, из Германии, из России - показатель, что что-то делается.

Н. КОСТИЦИНА: Дмитрий Романович, а Вы с этими детишками общаетесь? Они знают, кто Вы такой? Какие они вам вопросы задают?

Д. РОМАНОВ: Знаете, для меня это не так важно. После этого или до этого журналисты: «А Вы кто?». Я скажу: такой-то, такой-то... А! Как интересно. Вы знаете, для меня самое главное, чтобы все двигалось вперед. Главная важность для России - это теперь молодые. Когда я вижу, когда бываю в Испании или в Англии, и так далее, сколько русских, им 18 лет, 20, 22, как приятно их видеть, что теперь они могут путешествовать. Они не живут в гостиницу, у которой 5 звезд, но хорошо живут. Что молодые теперь могут... Но самое важное, чтобы молодые помнили свою историю - хорошие, трудные, ужасные, трагические времена. Но тоже смотреть, что открывается дверь, где солнце... Жизнь на севере может быть очень симпатичной. Иногда нам хочется больше солнца. И вот они могут теперь. Но чтобы они не забывали бы свою историю.

Н. КОСТИЦИНА: Какой страшно бы она не была, история.

Д. РОМАНОВ: Это большой плюс, что нельзя переменить историю.

Н. КОСТИЦИНА: Дмитрий Романович, вот вопросы поступают на наш сайт (www.echomsk.spb.ru). Вот в частности Александр интересуется. Он хотел бы узнать, услышать Ваше мнение, что для России лучше - монархия какая: абсолютная, ограниченная, конституционная или какая-то другая, или что-то другое. Вот что для России в плане устройства государственного лучше?

Д. РОМАНОВ: В России сейчас президент, премьер-министр. Как сказать... Это очень легко сказать, что нужно русскому народу. То, что русский народ считает, что правильно, потому что они считают, что будет лучше или хуже... Или как 13 лет тому назад, я помню, мы были в Зеленограде рядом с Москвой, подарок какой-то для ветеранов. Благодарили как всегда: «Дмитрий Романович, спасибо». Я говорю: «Нет, это не я - это семья». И так далее. Но вдруг встал ветеран. Трудно ему подняться. Я никогда не забуду этого. И он сказал: «Дмитрий Романович, спасибо за подарок. Но, скажите, пожалуйста, вещи не действуют... Моя пенсия недостаточна... Вообще ничего не действует». Не говорил, коррупция, ничего, просто, что «не действует. Я недоволен. Что Вы скажите об этом?». - «Как я Вам скажу... Выбирайте тех, кто, Вы считаете, может помочь России и Вам». Какая монархия, какая республика... Я, конечно, считаю, что все-таки монархия - это база, которая действовала. И как это может действовать сегодня - это уже время покажет.

Н. КОСТИЦИНА: Очень много вопросов здесь, пришедших на сайт. В частности, где наши слушатели напоминают о том... считают, что Николай II был одним из слабейших представителей на троне. И вот из-за его бездействия... его бездействие привело к власти большевиков. «Сознает ли это Ваша семья? - Интересуется Владимир. - Готовы ли Вы прилюдно объявить об этом? Может, тогда и станет возможным большинству людей простить этого царя», - спрашивает Владимир.

Д. РОМАНОВ: Это немножко слишком критический вопрос. Трудно мне ответит, как Романову. Но то, что не нужно забывать, - это в 1914 году началась война с великой императорской Германией и Австро-Венгрией, которая поставила Николая II, или других императоров, если бы были другие... Чтобы было бы, если бы был Александр III? Невозможно ответить. Если, если, если... Россия была могучая страна. Все покупали вещи из России. Хлеб, который кушали в Италии... не в Италии, но, скажем, в Германии, в Польше и так далее, откуда? Из России. Все же действовало. А что были моменты, уже начались социальные, это мы знаем. Но когда война началась, все это переменилось. Как и что - это нельзя ответить.

Н. КОСТИЦИНА: Вопросы, которые касаются того, что: «Каким Вы видите дальнейшее развитие России?», - это Виктория интересуется, хотела бы слышать Ваше мнение.

Д. РОМАНОВ: Это самый логичный и самый приятный вопрос до сих пор, который... Можно прямо сказать, я имею колоссальный оптимизм для России. Все, что я видел... Мало-помалу, мало-помалу... Я вижу вещи, которые Вы не видите, и другие не видят, даже Иван Сергеевич не видит, потому что он живет здесь. Перемены случаются не каждую неделю, не каждый год, но в течение нескольких лет. Я вижу не только из-за нефти, из-за газа... Это неплохая идея, иметь газ. И это всем интересно. Но, конечно, я абсолютно 100% оптимизм. В жизни никогда и в истории никогда не известно. Если что-нибудь случится в Персии или в Китае, или в Соединенных Штатах... Но если вещи продолжаются мало-помалу, как сейчас... В мире сейчас трудный момент для экономики. Я не вижу, почему Россия не имеет колоссальный шанс продолжать этот феноменальный... разницу за 10 лет. Это нелогично просто.

Н. КОСТИЦИНА: Дмитрий Романович, а вот Вы для себя можете... Может быть, Вы для себя как-то объяснили. Вспоминая, сначала народ давился на Ходынке, превознося Николая II, а потом зверски его убил. Это кидание российского народа из одной крайности в другую крайность. Вот Вы, как представитель дома Романовых, как праправнук Николая I, как русский человек, Вы можете для себя объяснить, или уже объяснили для себя?

Д. РОМАНОВ: Да, это, в общем, трудно подумать в перемену с 13-го года. Считали, что опасно иметь слишком большую организацию, чтобы во всех городах России - императорской России, начиная с Владивостока до Крыма и до Польши, между прочим, или Узбекистан и Казахстан, вся часть этой империи, что это было опасно делать, потому что будет покушение... И, оказалось, наоборот. Почему? Потому что народ видел: вот, это император, он здесь, у него семья (не думая еще о трагедии цесаревича). Кто-то что-то знал, что что-то не то. Но 13-ый год, в общем, был самый оптимистический момент для империи и для императоров русской империи, но что только через год после этого будет такая перемена, начиная с... Все действует... Конечно, никогда нельзя сказать, что все действует, но все было как-то к лучшему. И вдруг - война, революция и так далее... И то, что казалось, что Россия без императора, - это будет просто катастрофа, как это возможно будет... Тогда же не было Интернета, не было телевидения... через газеты. Это были перемены настолько сильные, что не понятно, как это возможно, что такая перемена может случиться.

Н. КОСТИЦИНА: Ну, вот, а все же, особенность характера русского - это вот метание из одной крайности в другую крайность.

Д. РОМАНОВ: Вот именно. Для русского народа, насколько я вижу... Я родился во Франции. Мои родители никогда не говорили о том, что случается в Советском Союзе, потому что они хотели, чтобы я был просто русский человек, моя религия была ба наша религия - православие, и чтобы помнили нашу историю, и чтобы хорошо учились бы, и так далее, и так далее. А как будет через 5 лет... Об этом даже не говорили. Но нужно вспомнить одну вещь, что... Я сейчас не знаю, как это объяснить... Ваш вопрос был -

Н. КОСТИЦИНА: Метание из одной крайности в другую крайность.

Д. РОМАНОВ: Да. Вот-вот. Дело в том, что для русского народа... Я тогда не знал, потому что контакта не было. И когда я был молодым, я не говорил о политике, не спрашивал о политике. Царь - это же был отец, глава русской империи. Вы его видели, каждый раз открывали новую церковь или храм, как было здесь в 13-ом году. Между прочим, я занимаюсь тоже этим...

И. АРЦИШЕВСКИЙ: Попечительство Ксении Петербургской. Храм восстанавливаем на Смоленском кладбище.

Д. РОМАНОВ: Не экономика, а просто, чтобы показать, что Романов... Я там три недели тому назад там был. Очень опасно, потому что там дырки колоссальные... Работают, работают. И надеюсь, что... Это очень трудная работа.

Н. КОСТИЦИНА: Дарья интересуется: «А как Вы относитесь к личности Распутина и его влиянию на царскую семью?».

Д. РОМАНОВ: Это очень близко к тому, что... Я никогда с моим отцом не говорил насчет Распутина, которого он встретил, по-моему, 10 минут где-то, когда ему было 16-17 лет. Почему? Потому что... Когда говорили, это было более-менее как фильм. Как Вам сказать насчет великой княгини Анастасии. Писали, фильмы делали. И все знали, что, в общем, это чушь. Но сколько лет до того, как по-настоящему, как теперь с императорской семьей, оказалось, что ДНК не ее. Но это более-менее все знали. Бедная женщина, ее как-то толкали, чтобы сказать: «Я настоящая». По-русски она не говорила. Знала: «Да-да, Ники мне сказал». Все могут сказать, я могу тоже сказать... Я бы не сказал о Николае II «Ники мне сказал» - как-то не подходит. Но много-много лет до того, что сделали экспертизу, сделали ДНК, и вышло, что 100% она из польской семьи. И когда меня журналисты... Вот, скажем, Вы меня спросили... Я чувствую, что бедная женщина. Ее мучили, говорили ей, что ты такая-то, такая-то. Она где-то знала, что это... Но жить трудно, когда нет денег. Тогда невозможно было иметь 100%. Сказали, 98% великая княгиня Анастасия... Почти что, наверное, 98%, что она не Романова. Но бедная женщина, подумайте.

Н. КОСТИЦИНА: Скажите, в Вашей семье блюдут традиции - традиции, которые Вашим отцом, не знаю, рассказанные Вам, о каких-то традициях он рассказывал семейных?

Д. РОМАНОВ: Самая лучшая традиция - это когда: «Проходите, потому что елка стоит уже, свечки, все...», - а мы ждем, ждем, ждем, ждем, открывается дверь, входим... Где подарки, и все... Это самая приятная традиция была именно. Вся семья вместе находится. Мы тогда были во Франции. Разные члены семьи. Моя мать, урожденная Шереметьева - Прасковья Шереметьева. Хорошая семья, почти что лучше, чем наша. Это не нужно говорить официально. Но они тоже были. И многие из друзей, членов семьи, которые не прямо семья, собирались. И Пасху. Пасха... Кулич, пасха, все это... А иначе жизнь была нормальная. Мы учились дома. Потому что во Франции было трудно из-за школы. Политическая ситуация была не очень хорошей в 30-х годах. И, в общем, это была уютная, спокойна жизнь. Время от времени появлялся какой-то человек, который хотел говорить с моим отцом. И оказалось, что это был кто-то, который имел контакт с семьей до революции или во время революции. И вдруг оказалось, такой мужчина, крепкий, сильный, подошел к отцу и сказал: «Я - Иван Потапов, казак...». А он был денщик у него. Мой отец был на турецком фронте. И он как-то уехал во время революции. Убили часть его семьи. И он просто сказал: «Жизнь моя кончилась». И он поехал в Болгарию, из Болгарии мало-помалу во Францию. И работал в шахте. И узнал, что мой отец находился во Франции. Пришел: «Я тут». Это типично - я тут. Что делать? И он, в общем, был для меня как второй отец, всегда за мной... помогал насчет игрушки и все. Для меня это часть моей жизни, которую я никогда не забуду. Даже 30 лет тому назад еще я заезжал к нему во Францию. В общем, жизнь была такая, нормальная жизнь для... то, что наши традиции. Переменилось немножко после войны... Я был в Египте, работал на фабрике «Форд».

Н. КОСТИЦИНА: Простым рабочим.

Д. РОМАНОВ: Абсолютно простым. Вы знаете, в жизни это очень полезно иметь грязь и масло отсюда... И люди там, в Египте, в Александрии... Религия не имела значения. С теми, которыми я работал, они были евреи, копты, мусульмане, два или три русских беженца, из Греции. Это в жизни очень полезно. Он помогает мне, я помогаю ему.

Н. КОСТИЦИНА: К сожалению, время подходит к концу. Дмитрий Романович, большое послание на сайт отправил один из наших слушателей Михаил. Я зачитаю, по крайней мере, выдержки из этого. Добрейший из всех правителей России государь Николай Александрович является для Михаила идеалом христианина. «Многие называют Его Величество слабым человеком, политиком. Несправедливо оклеветанный при жизни, император привел страну Россию к небывалому экономическому и культурному подъему в начале XX века. Царская семья, - он пишет, - эталон во всех отношениях русской семьи. Их Величества всю свою жизнь превратили в служение России, отреклись от личных желаний и амбиций, безропотно и смирено предались своему тяжелому подвигу». И он хотел бы поблагодарить все Ваше славное семейство. И то, что Вы и сейчас делаете очень много для народа страны, и это в него, как гражданина, вселяет надежду на спасение России. Спасибо. И глубокий Вам поклон.

И. АРЦИШЕВСКИЙ: Я хочу добавить совсем маленькую такую мысль, что мы говорили о Дмитрии Романовиче, о семье. Были вопросы: политика - как Россия, что... А Дмитрий Романович повернул в такое русло - о семье. И Романовы предстают перед нами как люди - просто люди, как семья.

Н. КОСТИЦИНА: Иван Сергеевич Арцишевский, Дмитрий Романович Романов, праправнук Николая I, князь Романов.

Д. РОМАНОВ: Две секунды. Самое важное для меня - это не то, что я лично могу делать, но, я считаю, - это мой долг, просто мой долг, что-то сделать для России, даже чуть-чуть, мало-помалу. Что-то сделать для России - это мой долг просто.

Н. КОСТИЦИНА: Спасибо. Спасибо Вам большое.

Д. РОМАНОВ: Вам спасибо.

источник

Новости

30 июля 2010

обновление

исправлена примечание в разделе генеалогия

04 ноября 2010

история

добавлена статья Владимира Прибыловского "Потомки Романовых"

04 ноября 2010

статья

добавлена статья из МК "Императорский Дурдом - 2"

05 ноября 2010

Видео

добавлены материалы в рубрику "видео".

02 января 2011

Видео

Добавлено интервью Николая Романовича французскому телевидению о Распутине и Анастасии

03 января 2011

Биографии

Добавлены биографии Дмитрия и Михаила Павловичей Романовских-Ильинских

17 января 2011

Прекращено уголовное дело о расстреле Николая II и царской семьи

Уголовное дело по факту расследования убийства последнего императора Николая II и членов царской семьи прекр…

27 января 2011

Выставка-ретроспектива истории и дизайна Петродворцового часового завода «Ракета» в кафе «Галерея»

Кафе «Галерея» и граф Жак фон Полье при поддержке банка RBS Coutts и фонда «Обнаженные сердца» представляют выста…

05 апреля 2011

Cчетчик

На страницу добавлен счетчик LI.

Яндекс.Метрика

Обновлен: 16.01.2012

Сделать бесплатный сайт с uCoz